Немецкая Boehringer Ingelheim привлекла ФАС в споре с «Гротексом» о выводе на рынок дженерика востребованного сахароснижающего препарата эмпаглифлозин до истечения срока действия основного патента. Параллельно компания подала иск в арбитражный суд, а «Гротекс» запросила у Boehringer Ingelheim принудительную лицензию на препарат. ФАС имеет шансы на то, чтобы оштрафовать «Гротекс» на всю сумму, на которую был продан дженерик, считают юристы. По расчётам аналитиков, она приближается к 1 млрд руб.
Полтора года на одобрении
Антимонопольную службу к решению дел о нарушении патентных прав привлекают не так давно. Первая серия решений по обращениям компаний-оригинаторов в ФАС прошла в конце 2024 года. Тогда служба признала «Аксельфарм» и «Акрихин» виновными в недобросовестной конкуренции — выводе дженериков на рынок до окончания действия патентов. Обе компании получили предписание выплатить в бюджет сумму, на которую был продан препарат,— в общей сложности 2,6 млрд руб.
Эти предписания компаниям сначала удавалось успешно оспорить в арбитражных судах. Но в марте 2026 года в прецедентном решении Верховный суд встал на сторону ФАС. Это послужило началом для формирования практики, позволяющей ФАС признавать недобросовестной конкуренцией вывод на рынок дженериков до того, как срок действия патента на оригинальный препарат подойдет к концу, заключает советник практики разрешения споров Stonebridge Legal Анастасия Сивицкая.
«Возможно, когда суды трёх инстанций отменяли решения ФАС по аналогичным делам, «Гротекс» посчитал, что риски невелики. Но с учётом позиции Верховного суда действия ФАС по пресечению недобросовестной конкуренции с большей вероятностью будут признаваться законными», дополняет Анастасия.
Такие решения ФАС лишают вывод на рынок аналогов в период, пока действует патент, экономического смысла, отмечает Анастасия. Если, например, пойти в арбитражный суд, то в случае решения в пользу оригинатора тому присуждается компенсация, которая может быть ниже потенциальной прибыли производителя дженерика.
Так, в августе Арбитражный суд Москвы взыскал 6,3 млн руб. с «Промомеда», который вывел на рынок дженерик ривароксабана, когда исключительные права Bayer ещё действовали. Bayer просила вдвое больше, рассчитав роялти на уровне 10,78%. Речь шла о компенсации за продажу «Промомедом» дженерика в период с 28 июня по 4 декабря 2024 года. «Промомед» в своих операционных результатах указывал, что за весь 2024 год продал ривароксабана более чем на 1 млрд руб.
Параллельные разбирательства
ФАС не единственная площадка, где развернулся спор между «Гротексом» и Boehringer Ingelheim.
«Гротекс» ещё в ноябре 2025 года обратился в Арбитражный суд Москвы с требованием к Boehringer Ingelheim о предоставлении принудительной лицензии по 12 патентам, защищающим эмпаглифлозин, следует из картотеки арбитражных дел. Решение по иску ещё не принято, в конце июля 2027 года суд принял решение рассматривать разбирательство в закрытом режиме.
Boehringer Ingelheim, в свою очередь, в том же ноябре подавал иски к «Гротексу», родственному ему «Солотрейду» и Минздраву. Немецкая компания требовала признать использование в «Эмфориксе» изобретения по своему патенту, запретить «Гротексу» и «Солотрейду» вводить дженерик в оборот до ноября 2029 года, отменить регистрацию аналога. В апреле 2026 года рассмотрение дела было приостановлено до вынесения решения по принудительной лицензии.
Компания вправе потребовать принудительную лицензию, если производитель оригинального препарата производит недостаточное количество препарата и поэтому не может обеспечить потребности рынка, указывает Анастасия Сивицкая. Второй вариант — если у производителя дженерика есть свой патент, но использовать его, не нарушая прав оригинатора, он не может, добавляет она. Анастасия предполагает, что «Гротекс» пошёл по второму пути, требуя лицензию на основании наличия зависимого патента.
Полная версия статьи доступна на сайте Коммерсантъ.